Вообще, оценить эффективность всех этих мер господдержки бизнеса (а в Миннацэкономики их насчитали 117 видов!) оказалось непростой задачей. В профильных министерствах и их многочисленных «институтах развития» учитывают рост налоговых поступлений и увеличение числа рабочих мест, считая это достаточным. Хотя в действительности, гораздо важнее оценить рост производительности труда, например.
- В целом единой методологии оценки эффекта мер по-прежнему нет: у Миннацэкономики одни подходы, у отраслевых органов другие, — заявил глава ВАП Алихан Смаилов. - Понятия социального и экономического эффекта размыты. Неясно, как их считать, за какой период и как связать результат с конкретной мерой поддержки.Впрочем, если судить по тем кейсам, что выявила Высшая аудиторская палата, в деле поддержки бизнеса в Казахстане гораздо важнее сам процесс, чем результат.
За шесть лет, без учета налоговых льгот и преференций государство поддержало предпринимателей на 4,5 трлн тенге. В основном это субсидирование расходов и ставок по кредитам, закуп гарантированного объема товаров, кредитование и лизинг. Но и так называемые нефинансовые меры – настоящая золотая жила. Палате «Атамекен», например, за консультации предпринимателей государство платит минимум 1 млрд тенге ежегодно. И это дороже, чем консалтинг в рынке.Прямых индикативных показателей, позволяющих сделать однозначные выводы об эффективности всех этих трат, нет. Но есть вполне конкретные примеры того, как деньги улетали в трубу.
В Павлодаре подвели инженерные сети на 2,4 млрд тенге к заводу, которого фактически нет. При строительстве комплекса переработки золотосодержащих первичных руд переплатили 208 миллионов тенге господдержки из-за завышения сметной стоимости и так далее.
Показательна арифметика с налогами. Смаилов заявил, что в целом на 1 тенге господдержки приходится менее 1 тенге уплаченных налогов. Названы конкретные предприятия: ТОО «Шри-Лайн» - 0,5 тенге, ТОО «Уральский трансформаторный завод» - 0,49 тенге, ТОО «Литейное производство» - 0,24 тенге, ТОО «QAZAQ – ASTYQ GROUP» - 0,05 тенге, ТОО «AGRITECH» - 0,12 тенге, ТОО «Масло-Дел Петропавловск» - 0,005 тенге, ТОО «Молпродукт» - 0,5 тенге, он и вовсе признан проблемным активом.
При этом, опрос предпринимателей, который провела палата, показал, что только 6% бизнесменов не испытывали трудностей в процессе получения мер господдержки. Многие другие столкнулись с бюрократией, сложностью процедур и даже необходимостью обращаться к посредникам. А 67% респондентов вообще не знали о действующих мерах господдержки. Но 4,5 трлн тенге кто-то ведь получил!
Такой избирательный подход в определении участников госпрограмм снова стал краеугольным камнем.«Для избранных» - так однажды, зимой 2022 года, после Кантара, президент Токаев уже охарактеризовал деятельность Банка развития Казахстана. Тогда сменили там руководство, но сегодня, почти три года спустя, аналогичные претензии снова звучали, теперь в парламенте.
Например, ТОО «Терра», которое занимается выращиванием скота, за 10 лет получило 17 млрд тенге сразу по 19 инструментам, ТОО «Актеп» по 13 инструментам - 11,6 млрд. ТОО «Полтри Агро», созданное в мае 2019 года, уже начиная с 2020 года получало непрерывную финансовую поддержку по 7 инструментам почти на 3 млрд тенге. «Уральский трансформаторный завод», получив 4,2 млрд тенге, перечислил их связанным с ним ТОО «Energy Components» с возвратом денег в течение 2 месяцев без выполнения каких-либо работ.
Открывая кредитную линию для ТОО «Кайнар-АКБ», были установлены требования по объему экспортной выручки не менее 17 миллиардов тенге ежегодно, при том, что она у них уже была на уровне 17,4 миллиарда. Где-то выставляли чисто формальные требования по увеличению рабочих мест всего на 1 сотрудника. А кому-то разрешили выплатить дивиденды собственнику, которые по объему были соизмеримы сумме господдержки.
Депутаты вспомнили и про «Казцинк», которому досталась третья часть всего финансирования экспортеров. Вообще, эти деньги предназначены для поддержки тех производителей, кто поставляет на экспорт товары среднего и высокого передела. А «Казцинк» точно не из них, более того, он торгует на бирже и работает по предоплате. К слову, 70% акций «Казцинка» принадлежат швейцарской компании «Glencore».
То, что государственная поддержка достается лишь привилегированным, сегодня заявляли и прямо, и косвенно. Отдельно досталось СПК, которые превратились в кредитные организации при акиматах, раздающие бюджетные деньги и не особо настаивающие на их эффективном использовании и даже возврате.Члены правительства вместе с руководителями многочисленных фондов пытались парировать, но было ясно одно – нужно менять подходы. С этим в конечном итоге согласился и вице-премьер Серик Жумангарин, который поначалу на претензии депутатов заявил: «это лишь ваша оценка – формальны эти меры или не формальны!». Жумангарин пообещал, что уже вначале года представят новую концепцию работы СПК. Но хорошее лицо при плохой игре держал до конца.
- Никогда задача не стояла мерами господдержки охватить весь бизнес, это надо несколько бюджетов страны потратить, — парировал вице-премьер и добавил, — естественно, это узкая такая дверь!К слову, в правительстве собираются приоткрыть еще одну: с нового года будет работать новая программа поддержки предпринимательства. Кто в эту дверь, за которой 400 млрд тенге ежегодно, протиснется, станет ясно, видимо, из следующего отчета ВАП.
Бахыт Нуржанова, фото gov.kz, ortcom.kz и pixabay.com